Теория духовного развития ребенка в игре

Теория духовного развития ребёнка в игре. К.Д. Ушинский (1824 – 1871) противопоставляет проповеди стихийности игровой деятельности идею использования игры в общей системе воспитания, в деле подготовки ребёнка через игру к трудовой деятельности. Ушинский один из первых утверждал, что в игре соединяются одновременно стремление, чувствование и представление.
Многие учёные, в том числе Пиаже, Левин, Выготский, Эльконин, Ушинский, Макаренко, Сухомлинский, полагали, что игра возникает в свете духовности и служит источником духовного развития ребёнка.
Бесспорно, существуют и другие версии происхождения игры. Например, Ж. Шато считает, что игры детей возникли из их вечного стремления подражать взрослым. Р. Хартли, Л. Франк, Р. Гольденсон предполагают, что игра порождается “коллективным инстинктом” детей. Тот же Хейзинга или Гессе, Лем, Мазаев источником игры считают культуру, равно как и игру источником культуры. Многие из вышеназванных исследователей называют источником игры общественный разум.
Теорию игры в аспекте её исторического проявления, выяснения её социальной природы, внутренней структуры и её значения для развития индивида в нашей стране разрабатывали Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев, Д.Б. Эльконин и другие.
Один и тот же круг исследователей называют разные источники и причины появления феномена игры, рассматривая различные функции или близкие ей явления культуры.
1.2 Суть игровой деятельности
В сущности, то, что человек не может не пройти стадию детства, объясняет и значение игры в его развитии. Не случайно Л.С. Выгодский, в своих работах называл игру «в известном смысле ведущей линией развития в дошкольном возрасте». По единодушному мнению психологов, игра — ведущая деятельность ребенка и основа всего последующего его развития, ибо именно в игре он первоначально обретает опыт для жизни в обществе и развивает все те физические и духовные силы и способности, которые ему для этого необходимы. Различие между игрой ребенка и игрой животного детеныша такое же, как различие между биологической жизнедеятельностью животного и социальным бытием человека.
Детская игра — это и есть модель игры как таковой. Здесь ее сущность выражена в наибольшей степени. Это та форма игровой деятельности, по отношению к которой то, что ей предшествует, — ее генетические предпосылки (игры животных), а то, что за ней следует (спортивные игры, спорт, искусство), — ее модификации.
Игра не появляется вместе с рождением ребенка. Правда, еще грудной младенец проявляет интерес к ярким и звучащим предметам. Он стремится потрогать и ухватить, манипулировать ими. Для этого возраста делаются специальные игрушки — погремушки, цепочки разноцветных шариков, пищалки, имеющие формы животных, и т.п. Однако нельзя не согласиться с исследователями, что такие манипулятивные действия с предметами, даже с предметами-игрушками, действия, имеющие очень большое значение для развития его органов чувств и координации движений, не являются игрой в собственном смысле слова.
Зачатки игровой деятельности появляются тогда, когда ребенок, не без влияния взрослых, берет на себя ту или другую роль, когда один предмет выступает как обозначение другого предмета или существа. Тогда становится возможным «ехать» или «лететь» на стуле, как на автомашине или самолете, скакать на палочке, как на лошади, и т.п. «В игре ребенок создает мнимую ситуацию», — подчеркивает Л.С. Выготский, в своей работе, отмечая необычайное значение в игре воображения, которое и позволяет осуществлять иллюзорную реализацию нереализуемых желаний.
Детская игра — своеобразный театр, в котором ребенок выступает нередко одновременно и как «актер», играющий какую-то роль, будь то роль мамы или доктора, воспитательницы или пожарника, и как «режиссер», организующий действия своих сверстников («Я буду доктор, а ты — больной») и участвующих в игре вещей, и как «драматург», импровизирующий сюжетное действие и словесный текст за себя и за куклу. Ребенок является одновременно и организатором игрового «спектакля» и его зрителем, ибо при всей увлеченности игровым действием он не теряет из виду реальности, из материала которой и по образцу которой он строит реальность игровую.
«Четырехлетняя девочка играет деревянной лошадкой, как куклой, и шепчет:
Лошадка надела хвостик и пошла гулять. Мать прерывает ее:
Лошадиные хвосты не привязные, их нельзя надевать и снимать.
Какая ты, мама, глупая! Ведь я же играю! », — читаем мы в книге К.И. Чуковского «От двух до пяти». Ребенок прекрасно различает, что есть «игрушечное», а что — «кушечное».
Вместе с развитием ребенка, обогащением его жизненного опыта развивается и сама игра. Она становится все более сюжетно организованной. Центр ее перемещается от действия с предметами к изображению действий и отношений жизни взрослых. Обобщая обширный экспериментальный материал, автор обстоятельной монографии «Психология игры» Д.Б. Эльконин приходит к выводу, что «путь развития игры идет от конкретного предметного действия к обобщенному игровому действию и от него к игровому ролевому действию: есть ложкой; кормить ложкой; кормить ложкой куклу; кормить ложкой куклу, как мама, — таков схематически путь в ролевой игре», а «роль является смысловым центром игры, и для ее осуществления служит и создаваемая игровая ситуация, и игровые действия».
Сюжет игры — это то непосредственное действие, которое производится в игре, действие, воспроизводящее житейские отношения или почерпнутое из прослушанной сказки. Содержание же игры — взаимоотношения во «взрослом» мире. Благодаря этому и реализуется основная функция игры — подготовка к серьезной жизни в этом мире.
Игра — важнейший фактор и средство воспитания дошкольника. Поэтому взрослые играют с детьми, учат их играть. Но сама игра — деятельность спонтанная, непринужденная. Ребенка нельзя заставить играть. В игре он чувствует себя свободным. Но и эта свобода — действие на основе осознанной необходимости. Такой необходимостью в игре являются ее правила. Эти правила определяются самими играющими по образцу отношений в неигровом мире. «Так нельзя! », «Так не бывает! », «Так не кушают! » — основные доводы детей, когда им навязывается игровая ситуация, не соответствующая реальным отношениям. Чем старше ребенок, тем больше усложняются правила. Усложняются и в то же время схематизируются, особенно в условных играх (в прятки, в «казаки-разбойники», в классы, игры с мячом и т.д.). Такие игры предполагают соревнование, перерастают в спортивные игры, т.е. в такие, в которых важен не только процесс игры, но и результат, в которых можно выигрывать или проигрывать. Перемещение мотива игры с процесса деятельности на его результат — это уже конец собственно игры, переход ее в спорт. Спорт — это не игра, хотя игровое начало здесь, безусловно, сохраняется. Азартные игры — это переход игры в свою противоположность: в них цель игры — выигрыш, совершенно внешний самому процессу игрового действия, а не сам этот процесс. Притом сам азарт становится пагубной страстью.
В чем заключается необходимость игровой деятельности ребенка? Растущий ребенок по природе своей деятельное существо, осваивающее огромную информацию благодаря своей любознательности (все дети на определенной стадии становятся «почемучками»). Но он не способен своей деятельностью удовлетворять свои насущные потребности в еде, одежде, жилище и т.д. Ему и не нужно это делать, пока он находится в мире детства. Поэтому он может себе позволить заниматься непродуктивной деятельностью, деятельностью ради самой себя, ради того удовольствия, которое она доставляет. А удовольствие она доставляет не только процессом двигательной активности органов чувств и частей тела, но и тем, что она разрешает (пусть иллюзорно!) противоречие между потребностью действовать, как взрослый, и невозможностью действовать реально, действительно осуществлять те операции, которые требует содержание действия (водить машину, лечить больного, готовить обед и т.п.). «Может ли вообще разрешиться это противоречие? » — ставит вопрос А.Н. Леонтьев и в своей работе отвечает на него следующим образом: «Да, оно может разрешиться, но оно может разрешиться у ребенка только в одном-единственном типе деятельности, а именно в игровой деятельности, в игре. Это объясняется тем, что игра не является продуктивной деятельностью, ее мотив лежит не в результате, а в содержании самого действия. Поэтому игровое действие свободно от той обязательной стороны его, которая определяется реальными условиями данного действия, т.е. свободно от обязательных способов действия, операций».
Игра, таким образом, противостоит действительности, реальной жизни, трудовой деятельности. Но можно ли за это упрекать играющего ребенка? Упрекать за то, что он серьезно занят несерьезным делом? Разумеется, нет. Такие упреки адресуют взрослым, если они впадают в ребячливость, страдают инфантилизмом и пренебрегают, отдаваясь игровым забавам, серьезными жизненными обязательствами, общественно необходимым трудом. Что же касается настоящей игры, игры ребенка, то она не только противостоит реальности, но она есть необходимый способ ее освоения.
Исследователи не раз обращали внимание на двуплановость игры, т.е. на то, что играющий ребенок одновременно и верит и не верит в реальность игрового действия. Он, конечно, прекрасно знает, что стул — это не самолет, но в воображении он испытывает реальные чувства, подобные тем, которые испытывают, управляя самолетом. Когда исчезает один из компонентов игрового действия — реальность или воображаемая ситуация, когда прекращается движение между ними, переход одного в другое, игра прекращается или извращается. Психически нездоровый ребенок, играя, впадает в экстаз, принимая игровое действие, например горение костра, за реальность. В работе, посвященной нарушениям игровой деятельности, мы читаем: «Как известно, взяв на себя определенную роль, здоровые дети всегда понимают условность игры, у них сохраняется «взгляд со стороны». Более того, именно это внешнее контролирование позволяет детям оценивать, что в игре «по правде», а что «понарошку», что «как настоящее» и что «так не бывает». Известно, что чем правдивее и точнее изображается ребенком реальность, тем интереснее игра. . Оказалось, что аутистически игры лишаются этого критического «взгляда со стороны». В них мы встречаемся не с разыгрыванием роли, а с перевоплощением в тот или иной игровой персонаж. Об этом говорят многочисленные факты потери детьми ощущения собственной индивидуальности. Границы игры и реальности, своего Я и игровой роли, правды и вымысла размываются».
Источник
Игру как средство поддержания бодрости и силы трактовали Шиллер и Спенсер, понимая, что в игре человек не только тратит, но и восстанавливает энергию. Такие исследователи, как Валлон, Патрик, Шалер, Штейнталь, считали игру не столько компенсаторной, сколько уравновешенной, значит отдыхом. Игра позволяет привлечь в работу ранее бездействовавшие органы и тем самым восстановить жизненное равновесие [22, с. 267-272].
К. Д. Ушинский (1824 -1871) противопоставлял проповеди стихийности игровой деятельности идею использования игры в общей системе воспитания, в деле подготовки ребёнка через игру к трудовой деятельности. Ушинский один из первых утверждал, что в игре соединяются одновременно стремление, чувствование и представление.
Бесспорно, существуют и другие версии происхождения игры. Например, Ж. Шато считал, что игры детей возникли из их вечного стремления подражать взрослым. Р. Гольденсон, Л. Франк, Р. Хартли предполагали, что игра порождается «коллективным инстинктом» детей. Многие ученые придерживались и придерживаются точки зрения о том, что источником игры является культура, также как и игра является источником культуры. Многие из исследователей называют источником игры общественный разум.
Дж. Колларитс в своей статье указывал на то, что, несмотря на работы К. Грооса, Ф. Бойтендайка и других авторов, все еще нет единства и понимания природы игры, и это происходит, прежде всего, потому, что психологи в один и тот же термин вкладывают различное содержание. Автор рассматривает самые разнообразные критерии игры (упражнение, удовольствие, отдых, освобождение, общность с пространством, повторение, юношескую динамику) и показывает, что они, во-первых, встречаются не во всех играх и, во-вторых, встречаются и в неигровых формах деятельности. В результате он приходит к заключению, что точное выделение игры принципиально невозможно, так как нет такой особой деятельности [25, с. 74-97].
Дж. Селли, в свою очередь, лишь ставит вопрос о природе тех «привлекательных мыслей», которые ребенок реализует в игре, и всех тех преобразований, которым он подвергает действительность, но не дает на него сколько-нибудь исчерпывающего ответа [25, с. 106].
В. Штерн акцентирует внимание на том, что ребенок вводит в свою игру деятельность взрослых людей и связанные с этой деятельностью предметы. Следовательно, этот мир взрослых и является наиболее привлекательным. В. Штерн был одним из первых, кто указал на «тесноту» мира, в котором живет ребенок, как на причину возникновения игры и на игру как на форму бегства из этого тесного мира [23, с. 117-119].
В теории игры К. Коффки, с точки зрения гештальтпсихологии, игре придается большое значение в детском мире ребенка. Мир ребенка, согласно данной теории, похож на мир «примитивного человека», наделяющего живое и неживое мистическими свойствами, но такое обращение с вещами характерно только для детства. Становясь взрослым, человек обращается с ними совершенно иначе. То, что для ребенка являлось полноправным миром, для взрослого становится игрой [11, с. 167-168].
Близок к такой позиции и взгляд на игру Ж. Пиаже, который считал, что внутренний мир ребенка построен по своим собственным законам и отличается от внутреннего мира взрослого. По мнению Ж. Пиаже, мысль ребенка является посредником между аутентическим миром ребенка и логической мыслью взрослого [14, с. 59-60].
Таким образом, резюмируя все вышеизложенное, нами был сделан вывод о том, что круг отечественных и зарубежных исследователей называет разные источники и причины появления феномена игры, рассматривая различные функции или близкие ей явления культуры. Основную сущность игры, ее внутреннюю природу составляет активность, вызванная импульсом биологически неактуальных возможностей, функциональной тенденции ребенка. Таковы многочисленные попытки создания общей теории происхождения игры. Но это не означает, что игры как особой формы поведения, характерной для периода детства, не существует; это лишь означает, что в пределах тех биологических и психологических концепций, из которых исходили авторы теорий игры, такая теория не могла быть создана.
Источник
На этой странице
Вы найдёте некоторые теоретические сведения
—
о теориях возникновения игры
Игра всегда привлекала
к себе внимание исследователей и философов. Уже Платон видел единственно
правильный путь жизни в игре, она представлялась ему одним из полезнейших
занятий. В поисках ответов на вопрос о возникновени игры и её полезности
для человека были высказаны самые разные предположения и гипотезы. Далее
приведены теиз них, которые получили наибольшее признание (по материалам
книги С.А.Шмакова «Игры учащихся — феномен культуры» (М.,1994)
ТЕОРИЯ ИЗБЫТКА НЕРВНЫХ СИЛ, КОМПЕНСАТОРНОСТИ
Эта теория возникла в XIX веке. Её родоначальником следует считать английского
философа Г.Спенсера (1820 — 1903), который считал игру результатом чрезмерной
активности, возможности которой не могут быть исчерпаны в обычной деятельности.
Подробнее
ТЕОРИЯ ИНСТИНКТИВНОСТИ, ФУНКЦИИ УПРАЖНЕНИЯ В ИГРЕ, ПРЕДУПРАЖНЕНИЯ
ИНСТИНКТОВ.
В начале XX века особую популярность приобрела теория предупражнения швейцарского
учёного К. Гросса. Согласно его представлениям, игра — вечная школа поведения.
Гросс рассматривал игры детей как подготовку к будущей трудовой деятельности,
к жизни, как средство естественного самовоспитания ребёнка. Подробнее
ТЕОРИЯ РЕКАПИТУЛЯЦИИ И АНТИЦИПАЦИИ
Американский психолог Г.С.Холл (1846 — 1924) выдвинул идею рекапитуляции
(сокращённого повторения основных этапов развития человечества) в детских
играх. Холл полагал, что в процессе развития ребёнка в разных его играх
как бы оживляются типы деятельности, последовательность которых можно
проследить на протяжении истории человеческой цивилизации. Подробнее
ТЕОРИЯ ФУНКЦИОНАЛЬНОГО УДОВОЛЬСТВИЯ, РЕАЛИЗАЦИИ ВРОЖДЁННЫХ ВЛЕЧЕНИЙ
«Наслаждение — вот исходный принцип толкования сущности досуга»,
— подчёркивает Аристотель, который в своей «Политике» рассуждает
о природе праздничного состояния, которое отражается в развлечениях, играх,
подобно отдыху, сну, еде, питию, и служит духовному, «высокому досугу»
и познанию человеком истинного счастья. Подробнее
ТЕОРИЯ ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ РЕБЁНКА В ИГРЕ
Родоначальником теории игры в отечественной науке считается К.Д.Ушинский.
Он противопоставляет стихийности игровой деятельности идею использования
игры в общей системе воспитания, в деле подготовки ребёнка через игру
к трудовой деятельности. Подробнее
ТЕОРИЯ ВОЗДЕЙСТВИЯ НА МИР ЧЕРЕЗ ИГРУ
С.Л.Рубинштейн, советский психолог и философ, также одним из первых сделал
попытку создать отечественную теорию игры.
Рубинштейн понимает игру, как вечную потребность ребёнка, рождающуюся
из контактов с внешним миром, как реакцию на них. Подробнее
ТЕОРИЯ АБСОЛЮТИЗАЦИИ
КУЛЬТУРНОГО ЗНАЧЕНИЯ ИГРЫ
Во второй
половине ХХ века в развитии теории игры наметился переход от биологических,
индивидуально-психологических подходов к социологическим и культурологическим..
Испанский философ и публицист Х.Ортега-и-Гассет (1883-1955), нидерландский
историк культуры, философ Й. Хейзинга (1872-1945), швейцарский писатель
Г.Гессе(1877-1962) и другие деятели связывают игру с общественным разумом,
с культурой в целом. Подробнее
—
о функциях игры
Одна из главных
проблем использования игры в образовательном процессе состоит в том, что
подавляющее большинство педагогов мыслит игру лишь как средство активизации
познавательной деятельности. В то время как игру необходимо понимать как
бытийный феномен. Хотя игра — не товар, не услуга, с ней человек проводит
всю жизнь. Почему?
Попытаемся определить особые функции игры как педагогического феномена
культуры, представив их предельно кратко. Подробнее
-о
видах игр и их классификациях
Классификация- распределение предметов какого-либо рода по классам, согласно
наиболее существенным признакам. Классификация игр должна позволить ориентироваться
в игровом разнообразии, осмысленном и эффективном их использовании. Но
чем полифункциональнее явление, чем многообразнее его роль в жизни человека
и общества, тем больше классообразующих признаков, и тем меньше вероятность
единой и окончательной классификации. К тому же традиционные способы упорядочения
материала в случае с игрой оказываются неэффективными. Колоссальное многообразие
видов и форм игры, объясняющееся прикладным характером игры как формы
досуга, также обуславливает большое число вариантов классификаций. Ведь
игровой элемент присутствует буквально во всех видах деятельности человека.
Подробнее
— о природе
и основных слагаемых игры
У игры своя природа, своё строение, совокупность устойчивых связей,
обеспечивающих её целостность, взаиморасположение и связь составных частей,
своя структура. Подробнее
— о методическом
описании игры
Сегодня существует
довольно большое количество сборников игр, но каждый, кто ими пользуется,
наверное, заметил, что зачастую, пытаясь провести игру по такому сборнику
сталкиваешься с некоторыми проблемами. Они связаны с тем, что при описании
автор упустил какие-либо мелочи, которые во время игры оказываютя важными.
И игра «тормозит», ведущий старается «на ходу» придумать
ответы на возникающие в процессе игры вопросы. Подробнее
Источник